К 94-летию со дня рождения А.Г.Осипова

КОМАНДА МОЛОДОСТИ НАШЕЙ – КОМАНДА, БЕЗ КОТОРОЙ МНЕ НЕ ЖИТЬ.

А.Г.Осипов

Александр Осипов

К 94-летию со дня рождения А.Г.Осипова (15 марта 1923 — 31 января 1973), Коми композитора, музыковеда, общественного деятеля. Автор статьи Надежда Митюшева.

*   *   *

Уехав в 1945 г. из Сыктывкара 22-х лет от роду, Александр Осипов самостоятельно строил свою жизнь, набираясь знаний и опыта, приглядываясь к культурной жизни в городах и автономных республиках, где он жил, упорно учился и руководил хорами. В числе первых он уловил дыхание грядущих перемен в обществе и, опережая их, преодолевая сопротивление, стал напористо действовать, вернувшись в Сыктывкар, имея цель -- создание условий для развития коми культуры. Он никого не боялся, не медлил, проявлял инициативу: отправлялся в фольклорные экспедиции, заводил творческие контакты в Москве и на родине: с поэтами-песенниками, профессиональными и народными исполнителями, что-то подсказывал как одним, так и другим, готовил к изданию сборники песен с нотами. Как отмечал В.Н. Демин, «А. Осипов чувствовал себя удивительно свободным в своих взглядах, мнениях, высказываниях. Это объяснялось тем, что он общался с выдающимися людьми своего времени».

А. Осипов появился в Сыктывкар после пятилетнего отсутствия (если не считать приездов на каникулы) летом 1950 года студентом 3-го курса Московской консерватории, имея творческий багаж из 6 новых коми песен, готовый их предъявить приемочной комиссии самого высокого ранга и публике. У него было намерение надолго задержаться здесь, прервав учебу.

Осипов без труда смог охватить воображением небогатую музыкальную жизнь за 5 лет своего отсутствия в Сыктывкаре. Что было раньше, он и так хорошо знал и помнил. Вырисовалась картина полного запустения с национальным репертуаром, мизерным количеством он не мог удовлетворить запросов населения. По республиканскому радио, в концертах по заявкам ли, в записях по трансляции с концертов самодеятельности ли, в исполнении солистов филармонии ли, звучали в основном те же произведения, что и из Москвы. Колхозные хоры из народных песен пели в клубах то же, что и 10 лет назад, или популярные песни советских авторов.

А что происходит с исполнительским мастерством в республике? Будто и не было 1936 года с его взлетом народного хорового пения и образцов хорового искусства в Ансамбле песни и танца Коми АССР, при А.В. Каторгине его художественным руководителем...

Или еще рано ждать всходов талантов: училище открылось 7 лет назад, всего-то и было 4 выпуска -- 24 выпускника, большинство осели в Сыктывкаре. Одаренная молодежь есть всегда: как превратить ее в могучую неиссякаемую реку специалистов, стекающихся в Ансамбль, дома культуры, училище, школы? Как достучаться до глубинки, где, конечно же, зреют и будущие исполнители, и потенциальные композиторы? Как сделать из любителей песни массовое народное творчество? При нотном голоде! При национальном репертуаре с гулькин нос! На одной любви к песне дело не делается. Подумать было над чем. И не прошло и года – программа действенных мер, ближайших и долгосрочных, была изложена Осиповым в журнале «Войвыв кодзув» (1951 г., № 5) в виде статьи «Развивать массовые коми песни».

Со времен Виктора Савина, значит, лет 15-20, ничего подобного, направленного не на забалтывание проблем – на подлинное возрождение музыкального творчества коми народа, в печати не появлялось. Стоило поучиться в центральных консерваториях, поездить по городам и весям страны, чтобы выдать такое! Осиповская образованность, наблюдательность, свободный полет мысли, какой-никакой опыт хормейстера и композитора, помноженные на знания, нашли достойное воплощение в теме, которая получилась гораздо шире по охвату, чем вынесенная в заголовок.

Музыкальные заветы Савина, хоть и без его участия и без упоминания имени, через огонь и медные трубы эпохи, все же проникали в души людей. Их несли ученикам коми учителя, взрослевшие вместе с песнями и постановками Виктора Савина. Из художественной самодеятельности, пришло время, выросли профессионалы, овладевшие в хоре Ансамбля песни и танца высочайшим исполнительским мастерством, удовлетворявшим эстетические запросы самых взыскательных зрителей. Старшее и среднее поколения сельских песенников еще проявят себе успехами в художественной самодеятельности в 60-70-е годы, а некоторым посчастливится блеснуть и в годы перестройки.

Традиции Савина как музыкального деятеля исподволь, а после его реабилитации открыто, продолжили работники искусства и науки собиранием и изучением народных мелодий, исполнением его песен, организацией оркестров. Подготовка национальных кадров музыкантов, открытие детской музыкальной школы и музыкального училища – это осуществленная мечта Виктора Савина. Как результат – создаются первые крупные национальные музыкальные произведения, правда, силами приезжих композиторов (А.А. Воронцов, Б.М. Терентьев, С.А. Кондратьев, О.Л. Рассадин, К.В. Козлов).

В условиях отсутствия современного национального репертуара для массового исполнения народные коллективы в сельских районах стали сами складывать коми песни. В 1951 г. по инициативе руководительницы помоздинского хора А.Н.Поповой коллективно была сложена песня «Колхозная урожайная», слова ее записал и отредактировал поэт Ф.Щербаков. Текст песни «Югыд шонді», сложенной участниками Объячевского хора, обработал поэт В.Ширяев. На известный мотив песни «Спят курганы темные» поэт П.А.Шеболкин еще на фронте написал стихотворение «Коми удал зон». Эту песню исполнял в концертах солист КЭБа Пантелеймон Осипов, она передавалась по радио, и художественная самодеятельность ее подхватила. Песня «Коми удал зон» в исполнении сторожевского хора была включена в концертную программу Дней песни, которые провели в Сыктывкаре в конце декабря 1951 г. На селе процветал жанр частушки.

А что же впереди? Что у нас было, что имеем и куда двигаться дальше? Сделав обзор музыкальной жизни республики, Осипов, во-первых, откорректировал результаты и оценку достижений; во-вторых, он поставил задачи на перспективу, по-своему расставив приоритеты. Например, именно здесь он впервые назвал «Усть-Куломское восстание» на музыку А.А.Воронцова не музыкальной драмой, как было принято тогда и еще долгие годы потом, а поставленной в 1942 г. первой коми оперой, и никогда не отказывался от этого мнения. Напротив, серьезным разбором музыки А.А.Воронцова многих убедил в своей правоте. В статье «О коми национальной музыке» (журнал «Вестник политинформации», 1975 г., № 3) Я.С.Перепелица также называет «Усть-Куломское восстание» А.А.Воронцова оперой. Это определение жанра произведения появляется и в других статьях (А.А. Шергина, Герстле).

В работе музыкального училища Осипов указал на два крупных недостатка: здесь не готовят композиторов и не изучают такие дисциплины, как «Коми народное творчество», «Коми язык». Полное игнорирование в учебном процессе коми языка, других коми дисциплин, по мнению Осипова, снижает уровень подготовки специалистов, делает выпускников не готовыми в полной мере творчески и осознанно участвовать в развитии коми национальной музыки. Примечательно, что аналогичное мнение высказал поэт С.А.Попов в статье «Дорогу песне!»: «Студенты Сыктывкарского музыкального училища почти не знакомы с коми национальными песнями,
потому что руководитель училища (директор тов. Орлов) и педагоги не включают их в учебный процесс. Можно ли мириться с таким положением? Нет, нельзя. Да и может ли быть такое, чтобы национальные кадры музыкантов совершенно не были бы знакомы с национальной музыкой. Законный вопрос… кого же, в таком случае, готовит республиканское музыкальное училище?» (За новый Север, 1950 г., 12 июля).

Если бы соответствующие организационные, воспитательные и образовательные меры своевременно были приняты, сколько местных музыкантов после консерватории, возможно, остались бы на родине и… присоединились к команде А.Г.Осипова!

А.Осипов пишет так свободно и вдохновенно, как только и можно писать о самом дорогом. Его замечания в адрес Управления по делам искусств, Дома народного творчества, музыкального училища, Коми книжного издательства – не уколы и упреки, а тревога и забота о грядущем развитии коми музыки. Осипов говорит как специалист, но так просто, что его слова близки и понятны всем, потому что действуют в унисон с душевными запросами людей. Неслучайно Осипов цитирует здесь М.Глинку: «Не мы создаем песни, их создает народ, мы же только записываем и аранжируем».

Слышится в программной статье А.Осипова пафос созидания, уверенность труженика, отвага и мужество бойца, вышедшего на бой. И под звуки этих призывов Осипов формирует в Сыктывкаре команду единомышленников, которая всё пополняется и куда входят журналисты, писатели, ученые-гуманитарии, музыканты, режиссеры. Только так после массовых политических репрессий и тяжелых утрат военных лет можно было возродить национальные традиции и культуру. Сторонники Осипова действовали в едином порыве: кто как умел, уходили от партийного диктата, проявляли много инициативы, сближались с народным творчеством, учились, воспитывали национальные кадры, делая ставку на молодежь, утверждали свои взгляды в дискуссиях, подставляя друг другу плечо.

Конечно же, ни в каких первоисточниках не найти списка творческой группы А.Г.Осипова. Но из анализа газетных и журнальных статей, программ концертов, фактов, о которых засвидетельствовали его коллеги по песенному жанру, из писем и воспоминаний современников можно заключить, кто были его друзья и единомышленники, а значит, кто составлял сплоченную группу поддержки.

Очерки о своих самых близких по музыкальному искусству товарищах (П.А.Осипове, М.М.Зерницком, Я.С.Перепелице и П.И.Чисталеве) Александр Георгиевич включил в книгу «О коми музыке и музыкантах». Причем, дружеские отношения не мешали ему делать людям замечания, указывать на ошибки в общем деле создания коми музыки – быть строгим, требовательным и принципиальным. Александр Георгиевич не стразу смог принять балет «Яг морт» Я.Перепелицы и разделить его успех, видя недостатки музыкального клавира. В музыке П.Чисталева он замечал отсутствие полноценного профессионального образования. М.Зерницкому наоборот – подчеркивая высочайшую общую музыкальную культуру, не прощал небрежности. А уж что говорить о недругах! Тут он был язвительным, ироничным, резким и даже беспощадным.

Что же касается более широкого круга персонажей музыкальной жизни в Коми республике в середине 20 века – А.Г.Осипов высказывает робкую надежду, что его исследования будут продолжены. «Отмечу, что эта работа – лишь первая из попыток в изучении коми музыки, поэтому она, естественно, не может претендовать на исчерпывающую полноту» (из предисловия к книге «О коми музыке и музыкантах»).

О трех коллегах-композиторах, своих современниках, работавших в Коми республике, Александр Георгиевич, кроме упоминания имени, ничего не сказал в книге. Он не смог или не захотел побеседовать с Б. М.Терентьевым (автором музыки к драмам «Усть-Куломское восстание» (1940) и «Шыпича» (1941). Хотя они вместе состояли в Московской организации Союза композиторов, и он был даже секретарем Союза. Осипов ничего не написал о композиторе Ухтинского театра драмы и музыкальной комедии О.Л.Рассадине, что, впрочем, понятно: театр-то был лагерный. Хотя после освобождения Олег Леонидович много сделал для пополнения национального репертуара и еще больше мог бы сделать. По каким-то причинам Осипов промолчал об известном московском композиторе В.Г.Шафранникове, хотя и своим коллективом – коми народным ансамблем – участвовал в первой радиооперетте «Тӧдмасьӧм » (музыка В.Шафранникова, либретто В.Власова, премьера в эфире в 1956 г.).

Сделав это вступление, перейду к рассказу о тех, кто входил в ближайший круг общения А.Г.Осипова – в команду единомышленников, которую он собрал и возглавил за годы жизни в Сыктывкаре. Они, его ближайшие сподвижники, несколько раз поднимали волну общественного мнения, чтобы как можно больше людей стали действовать в интересах развития коми музыки. Эта волнообразность, в какой-то степени, помогла автору вычислить круг друзей А.Осипова и меру их взаимопонимания и сплоченности. Они в такие моменты, буквально, дудели в одну дуду.