Э.Э.Барон и его Академия лимитивной философии

Продолжение статьи "Латвия в жизни Каллистрата Жакова",
автор Светлана Ковальчук, г. Рига.

Эрнест Барон публично провозгласил о создании Академии лимитивной философии. Бюро Академии находилось по адресу на Школьной улице 38, в квартире 12. Общественности объявлялось, что министр образования Латвии Александр Дауге 10 февраля 1922 года лично утвердил Устав Академии лимитивной философии – принципиального нового учебного центра латвийской столицы15.

На Суворовской улице, в доме 36, рижанам за 20 рублей (для студентов и школьников за 10 рублей), предлагались популярные лекции профессора Жакова по философским и естественнонаучным темам. Более высокий профессиональный уровень обучения в рамках созданной им Академии мыслилось в рамках привлечения студентов в Институт лимитивной философии, Институт поэзии, Институт эсперанто.

Мне не один раз приходилось осмысливать события в сфере образования Латвийской республики 1920—30-х годов. С 90-летней отдаленности Академия лимитивной философии Барона и Жакова выглядят скорее как начинание, рассчитанное на быстрый успех и сбор денег, нежели на длительную перспективу. Возможно, все предложенные Бароном образовательные учреждения могли бы иметь успех, будь в латвийском обществе тех послевоенных лет определенный достаток и горячее желание постигать философию лимитизма, эсперанто, тонкости литературы и стихосложения в «исполнении» Жакова. Реальный результат от просветительских начинаний Барона оказался мизерным16. Делал ли Барон все это исключительно из большой любви и уважения к Жакову? На этот вопрос положительно ответить, увы, трудно17.

Да, Каллистрат Фалалеевич весь 1922 год находился в «душном плену» Эрнеста Барона – безденежье, разрушение союза с Алидой Каролиной. В июле 1922 года Барон даже ездил в Эстонию в город Валк (Валга), где проживала молодая супруга Жакова. В паспорте Эрнеста Барона сделаны отметки о выезде в Валку. Для чего-то ему нужна была Алида. Может быть, для психологического воздействия на молодую женщину, воспитывавшую двух малолетних дочерей Жакова – Райду (1918 – 1996) и Елену (1920 – 1986). Возможно, для получения большего числа рукописей Жакова, на которых он мог нажиться, и которые можно было выдать и за «свои». Возможно, ездил с предложением продать часть земли, полученную Алидой от родителей.

К кому же он мог обратить свой горестный рассказ? Свое отчаянное положение Жаков описал в письме от 28 мая 1922 года Эмилию Гросвальду.

Дорогой Эмилий Иванович. Жизнь моя становится с каждым днем невыносимее. Я уже с января 1922 года не имел и не имею ни одного гроша денег в кармане. Поэтому, хочу предпринять несколько самодеятельных шагов.
1. Хочу съездить в г. Митаву и прочесть там две-три лекции, чтобы нажить денег. Вы мне одолжите денег на дорогу до Митавы и помогите сесть в вагон.
2. Побывайте у министра Дауге и поговорите о безвыходном и бедственном положении моем, не даст ли он какое-либо место учителя (или математики или словесности).
3. Мое положение ужасно. Не имею ни конверта, ни марок, ни денег, не могу ни с кем переписываться. Зайдите ко мне при первой возможности. К.Жаков18.

Жакову не удалось поехать в Митаву. Вскоре Э.Барон увез Жакова в окрестности Тукума на хутор своего отца «Муцениеки», где он прожил до ноября 1922 года. Все, или почти все, написанное Жаковым за этот период остались в руках Э.Барона.

Более того, у Жакова было вытребовано заветное письменное завещание, на основании которого еще при жизни Жакова Эрнест Эрнестович Барон объявлялся его исключительным и единственным наследником, главой всех лимитистов (главой общества и ордена). В рижской газете «Слово», #67, за 1926 год в статье «Э.Барон об осквернении трупа Жакова» приводятся, со слов Э.Э.Барона, параграфы завещания его учителя К.Ф.Жакова. Вот некоторые из них: 1. Проф. Жаков поручил Барону быть руководителем академии лимитической философии после его кончины. 2. Поручил Барону созвать конференцию всех лимитистов мира. 3. Поручил быть воспитателем его 22-летнего сына Вадима. 4. Поручил Барону похоронить учителя на одном из холмов у хутора «Муцениеки», или недалеко от Дундаги. 5. Жаков просил в завещании и Барона похоронить рядом с ним. 6. День рождения К.Ф.Жакова 1 октября по-новому стилю объявить праздником всех лимитистов. 7. Автобиографический роман Жаков «Сквозь строй жизни» был провозглашен евангелием лимитистов. В завершении завещания Жаков благословил Барона слова: «Пусть Христос и Амакришна сопутствуют Э.Э.Барону в его величайшем деле на земле».

Кстати, отмена злополучного завещания, послужившего поводом к краже гроба К.Ф.Жакова с рижского Покровского кладбища, состоялась вскоре уже – 6 января 1923 года (!). И этот документ сохранился в архиве.